По благословению митрополита Курганского и Белозерского Иосифа семь священнослужителей Курганской епархии совершили паломническую поездку на Святую Гору Афон

В 2016 году исполняется 1000 лет присутствия русского монашества на Святой Горе Афон. По благословению митрополита Курганского и Белозерского Иосифа паломническую поездку на Святую Гору Афон в юбилейном году совершило семь священнослужителей Курганской епархии. Путешествие длилось десять дней, его главной целью была молитва на Святой Афонской земле. По рассказам священников много непредсказуемых, интересных, а порой и сложных ситуаций происходило с ними во время поездки, и во всём они ощущали Промысел Божий и помощь Пресвятой Богородицы. Протоиерей Павел Балин поделился с нами своими впечатлениями.

— Несколько раз был на Афоне, посещал Израиль, Грецию, Италию и вот снова Афон. Для меня Афон — живое православие, живая вера, там всё по-настоящему, там одни мужчины, нет женщин, нет суеты, нет ничего лишнего, и все тихонечко идут в вечность. И там Богородица настолько рядом, не передать, настолько ощущается Её помощь, вот только подумаешь, и всё получается. И сокровище веры, оно там живое.

Отец Павел сетует, что ругают в наши дни священников, называют бездуховными.

— Надо наоборот поддержать, и помочь священнику. А где набираться духовности? На духовном месте, — в паломничестве! Просто нужно встать с насиженного места и ехать туда, где благодать Божия, и там набраться её. Я всё просил, просил эту поездку, но как-то не получалось и вот время пришло – Господь дал, Господь благословили и всё пошло. Сначала, конечно нашёлся хороший человек, который оплатил поездку всей группе священников.

Афон

— Шестнадцать часов у нас занял перелёт. Мы достигли Уранополиса – это порт, откуда отправляются на Афон. Вот он Юг, вот она благодать, почти все батюшки первый раз здесь оказались, они были так поражены, они радовались искренне, как могут радоваться дети. А ведь это было только преддверие всего, что предстояло увидеть и ощутить.

Ватопед

В первую очередь отец Павел планировал направиться в русский Пантелеимонов монастырь. Однако всё управилось иным образом. Отдохнув, на следующее утро из Уранополиса путешественники отравились на Святую Гору.

— Только мы взошли на паром, и у меня всё сбилось, пошло не так, как я хотел.  Но я, как человек верующий, пытаюсь делать, как Господь велит, но это очень непросто, всегда хочется по-своему, а надо жить как Господь велит. И вот встретился нам хороший человек, который легко и просто помог нам попасть в один из самых древних и больших монастырей на Афоне — Ватопедский монастырь, куда попасть очень сложно. По рассказам местных монахов в обитель приходит каждый день до четырёх сотен человек, а принять они могут только сто из них и только тех, кто заранее забронировал вход в обитель.

Наши путешественники хлопотали об этом заранее, однако им отказали. И вот тут случилось первое чудо – паломники очутились в Ватопедском монастыре. Сначала размещение в скромной гостинице, затем короткий отдых и вечерняя служба. Монахами были вынесены Пояс Пресвятой Богородицы и часть главы Иоанна Златоуста. Последовала общая проникновенная молитва перед этими великими святынями. Затем настало время послушания (неписанный закон для паломников), потом скромная трапеза и возможность осмотреться.

— Этот вечер стал первым ярким впечатлением от пребывания на Горе Афон, батюшки были в тихом восхищении от происходящего, от этой необычайной благодати, от сладкого южного воздуха, от неземного благоухания цветущих магнолий. Однако они осознавали, что монастырь – это не место отдыха, это не курорт – это место тяжёлой духовной брани. Главное на Афоне – это ночная служба, которая начинается в 4 часа утра. И за одну ночь можно вымолить очень многое, настолько сильна молитва в этом святом месте. Ночная служба до восьми утра, общая трапеза, короткий отдых и в путь – прощай Ватопед.

Великая Лавра

— Следующий пункт — Великая Лавра. По пути на катере мы решили посетить Иверон – древний Иверский монастырь – место, где Пресвятая Богородица своей чудотворной иконой ступила на Афонскую землю. В этой древнейшей, некогда грузинской, а ныне греческой обители мы пробыли около трёх часов, помолились, прочитали акафист Богородице. Охранник, проникнувшись складным пением наших священников, открыл для нас храм, где мы смогли приложиться к святым иконам, мощам. Мы увидели чудотворный источник — место, где явилась известная всему миру Иверская икона Божией Матери, которая и по сей день пребывает в обители.

 Отдохнув,  паломники отправились в Великую Лавру святого Афанасия. Лавра занимает первое место в иерархии Афонских монастырей. Это древнейшая и самая большая по размерам обитель, которая хранит не только богатейшую историю, но и множество святых икон и мощей.

— Здесь мы настолько прониклись духом одного из наиболее почитаемых монахов Святой Горы Афон – святого Афанасия Афонского. Здесь мы расселились, отдохнули и потом уже оказалось, что это был последний тихий и спокойный вечер.

Скит Андрея Первозванного

— Утром несколько человек из нашей группы решили идти пешком на гору, причём не обычным путём, пролегающим от скита святой Анны, а решили подниматься с Великой Лавры. Это оказалось немного длиннее, но тропа более пологая, и путь огибает всю гору Афон.

По словам отца Павла, священники, посчитав путь не таким уж сложным, оказались не готовы к такому путешествию. Собрав нехитрую еду – килограмм арахиса, несколько сушёных рыбин, словом, что было на тот момент, пятеро священников отправились покорять гору Афон, высота которой чуть более двух тысяч метров.  Остальные отцы утром направились в столицу Афона – Кариес и дальше переехали в монастырь святого Павла, чтобы там встретить паломников двигающихся пешком по горе.

— Мы молились за них, как могли, — как они дойдут, не сорвался бы никто в пропасть, они голодные, и вообще сложно идти в горах неподготовленным, в кедах… Ждали мы наших отцов два дня, — первый день они поднимались, второй день – спускались. Это было очень непростое восхождение, подъём занял двенадцать часов. Как потом оказалось, много времени было потеряно, так как одного священника потеряли, он свернул на другую тропу и сбился с пути, пришлось за ним вернуться. Хоть и время было потеряно, за то обретено духовное единство. Другой, покатившись, едва не сорвался в пропасть, повис, ухватившись за терновый куст. Вот там, в одной связке, отцы показали — кто есть кто. Шли непросто, друг друга поддерживали, молились. Там, наверху, были французские паломники, они были поражены мужеством и терпением наших священников. Их накормили, дали с собой продуктов. Спуск завершился поздно вечером. Как рассказывали отцы, силы заканчивались уже на подъёме, а при спуске они и вовсе оставляли нас. Один из них попросил оставить его отдохнуть. Он остался совсем один в темноте и испытал, каково это искушение, — на него напал жуткий страх и он начал кричать. Услышав его, братья стали бить в колокол, но эхо в горах окончательно запутало священника. Ко всему прочему села батарея фонаря, и в кромешной тьме вокруг начали ползать змеи и скорпионы и тут наш отец со страху начал вопить – спасите! помогите!… Пришли, спасли.   Каждый, что хотел, то и получил. Хотел себя испытать, испытал.

— Вернёмся в Кариес. Пока пятеро наших отцов покоряли Святую Гору Афон, мы отправились в греческий монастырь Кутлумуш  (шестой по значимости монастырь Афона, в десяти минутах ходьбы от Кариеса), затем пешком дошли до скита Андрея Первозванного, который раньше был русским. Здесь на территории обители мы пропели молитвы, мимо проходил послушник, и мы спросили — а как нам попасть в храм, а он говорит – я вам открою. Вот поистине чудо, никого не пришлось искать, а в храм очень хотелось попасть. Храм поразил нас своим величием, духом Российской империи, наша сила, наша мощь, иконы потрясающие. Мы помолились и здесь, до ворот нас провожало уже несколько послушников, здесь чувствовалась особая благодать, священники плакали. Это было что-то особенное. Вот действительно, если благодать коснётся Божия, ничего больше не надо. Вот именно на этом месте отцы были потрясены, после этого даже понадобилось время, чтобы прийти немного в себя.

Монастырь Агиа Павла

На следующий день уже в монастыре Святого Павла наши паломники встретили праздник Вознесения Господня.

— В этой обители нас очень хорошо приняли, оценив вот такой маленький подвиг наших священников, — нас поддержали, напоили ароматным травяным чаем, накормили рахат-лукумом и поселили, очень чувствовалась братская солидарность и поддержка.

Свято-Пантелеимонов монастырь

После Божественной Литургии группа зауральских священников отправилась на паром, их путь лежал к русскому Свято-Пантелеимонову монастырю.

— После вот этого сложного восхождения в Пантелеимоновом монастыре мы уже стали одной семьёй. Нас в этой обители встретили очень хорошо, здесь мы чувствовали себя как будто на родине, он принял нас как свой своих. Распорядок как везде, — в шесть часов служба, приём пищи утром и поздним вечером, обеда нет. Было непросто с непривычки. Но главное, это служба – служба на понятном нам языке, помолились, причастились.

Зограф

Зограф – православный болгарский монастырь, посвящённый святому Георгию Победоносцу

— Здесь нас встретил монах Григорий, уже старенький, очень душевный монах, очень любит свой монастырь. Встретил хорошо, угостил нас раке, угостил и рахат-лукумом, часа два мы с ним беседовали. В Зографе мы отдохнули не только душой, мы любовались закатом, пейзажами, потом служба, молитвы… Здесь я встретился с одним знакомым. В одну из моих предыдущих поездок на Афон подошёл к нам один послушник и говорит: «Помолитесь обо мне, я приехал сюда просто паломником, и вот отец настоятель сказал, что тебе нужно оставаться здесь! — Как  здесь?! Я не подготовлен..! — Тебе нужно оставаться здесь! И я остался, у меня одежда износилась, мне плохо, мне трудно, помолитесь за меня». Мы тогда так прониклись к этому человеку, и какая одежда была, мы ему отдали. А вот куртку свою я ему не отдал, пожалел. Не то, чтобы пожалел, мне было стыдно ехать домой в его рванье. Так вот, я потом эту куртку потерял. Пожалел для монаха и потерял. И вдруг в этот раз мы встречаем этого Ивана, а он уже послушник монастыря. Он узнал нас, налил нам немного вина, приятно, четыре года прошло, а он нас всё ещё помнит, на тот момент мы просто поддержали его.

Дохиар

— После монастыря Зограф мы стали спускаться  к морю, и последней точкой нашего путешествия стал монастырь Дохиар, значимый монастырь, там есть икона Скоропослушница, потрясающий греческий афонский монастырь. Правда, к этому времени наши силы истощились, ночные службы, переезды, постоянно в пути, порой почти голодные, как-то силы мы свои подрастратили. Отцы засыпали на ходу, пока нас устраивали в гостинице. Но помощь Матери Божией всё время чувствовалась.

В Дохиаре у нас интересная встреча была со старцем, встретил он нас странным образом – благословил … пощёчинами, он всем надавал пощёчин. Улыбается и хлопает, улыбается и хлопает, всех таким образом благословил, кроме одного – отца изографа, так мы называли нашего спутника иконописца из города Владимира, который разделил с нами путешествие. Так вот, этот иконописец написал для этого старца Владимирскую икону Божией Матери. Этот старец, который улыбался и давал нам пощёчины, стал вдруг серьезным взял эту икону как драгоценность, приложился к ней,  передал её келейнику и пошёл вновь свои «благословения» раздавать.

— Вот в Дохиаре, что ещё интересно, там монахи постоянно трудятся, везде монахи в молитве пребывают, не работники — трудники трудятся,  а в монастыре Дохиар работают сами монахи — трудом и молитвой подвизаются. Мы зашли после вечерни на ужин, а монахов нет, столы накрытые их ждут, а они где-то на работах. А днём всегда как улей, как одна семья, работают.

Как здесь хорошо поют, поют все, очень певучий монастырь, вот как на службе все запели, такое греческое византийское протяжное пение… в каждом из монастырей, в которых мы побывали, мы нашли свою изюминку и каждый монастырь оставил свой неизгладимый след в душе.

И вот после посещения последнего в нашем путешествии монастыря Дохиар, уже попрощались, и вот знаете, мы почувствовали, насколько мы насыщенные, наполненные благодатью, спокойные, умиротворённые. И вот десять дней поездки, — первая ночь в Уранополисе, последняя – в Салониках, —  8 ночей, 8 служб ночных было у нас на Афоне. Это главное! Главное — ночные Афонские службы, мы для этого сюда приехали, и наставления, которые мы получали, — послушать, впитать, получить благодать и наставления, — всё это мы получили в полной мере.